На главную страницу
сайта газеты
"Самарский Университет"
Образовательное простраство
Впечатления
Никита Струве на Филфаке
"Третий Толстой" и его семья
День немецкого языка
"Немецкий язык в Самаре"
Компьютерная сеть
"Да разве сердце позабудет"
Центр занятости приглашает
Место под солнцем
Посвящается А.Н. Гвоздеву
Свидетельство репера
Певая экспедиция
Крымские каникулы
Объявления, поздравления

   Редколегия

   Реквизиты


   Номера

"Учитель, воспитай ученика, чтобы было у кого учиться ..."

"Да разве ж сердце позабудет ..."

   Нет человека, который не помнил бы своих наставников - это может быть школьный учитель, мастер-производственник, университетский профессор или руководитель по аспирантуре… Сегодня мне хочется рассказать об одном из своих учителей - замечательном куйбышевском учителе словесности Василии Павловиче Финкельштейне. Пусть в День учителя эти строки явятся выражением благодарности всем моим педагогам.

   Двенадцатая славилась в Куйбышеве своими математическими классами. Сюда приезжали ученики со всех районов. Но сейчас речь не о математиках. В то время в двенадцатой работал Василий Павлович. Первое его появление в классе помню отчетливо. Невысокий человек с залысинами, в бифокальных очках показался в аудитории под руку с другой учительницей, с которой что-то оживленно обсуждал. Не обращая внимания на учеников, он швырнул портфель на стол и еще минут пять продолжал беседу. Мы имели возможность рассмотреть его. Синий костюм с блестящими локтями сидел довольно мешковато, на лице морщины, на вид шестьдесят или чуть больше. Но вот собеседница ушла. Василий Павлович распрямился, словно вырос и представился: "Василий Павлович Финкельштейн. Финкель - блеск, штейн - камень. Финкельштейн - блестящий камень, бриллиант. Прошу любить и жаловать!"
    И работал В.П. действительно с блеском.
    Очень скоро он задал нам два сочинения, одно - на тему "Я хочу вам рассказать…", другое - "Моя любимая книга". Это был неплохой способ узнать всех нас, его новых питомцев. Недолго думая, я выбрал одну книгу из программы, по которой была уйма критической литературы. Посидел в замечательном зале городской библиотеки имени Крупской и, что называется, "соскирдовал" требуемое. Через неделю получаю тетрадь с оценкой 5/5 и вдруг слышу вопрос: "А это действительно твоя любимая книга?" - и внимательно смотрящие на меня прозорливые глаза Учителя.


    Вначале, обращаясь ко мне, он называл меня …Новосильцевым. Я уже начинал сердиться, почему это вдруг моя звучная фамилия не запоминается. При этом В.П. всякий раз как бы в оправдание говорил, что у него был такой же беленький ученик, который поступил в МГИМО. В конце концов я решил узнать, что это такое, открыл многостраничный Справочник "Вузы СССР", но никакого МГИМО там не нашел. Подумав, что в оглавление вкралась ошибка, перелистал книгу. Безрезультатно. После этого твердо решил с таким вузом-призраком не связываться.
    ….Каждая новая тема по литературе у нас начиналась так. В.П. говорил: "Послушайте мое слово о Чехове, или Горьком, или Маяковском, или Шолохове…" И в особых тетрадях мы старательно записывали первые в своей жизни лекции. У нас были, разумеется, учебники, но всем было ясно, что у нас есть нечто намного более важное, ценное, умное. "Я вам покажу такие места из господ Головлевых!" - обещал В.П., и мы ждали, когда-же дойдем до Салтыкова-Щедрина, и когда В.П. действительно по его словам "пустит нам ежа под череп".
    Раз в неделю был урок русского. И здесь нам представлялась его безупречная стройность и завораживающая логика. Но и на этих уроках учитель являлся поэтом. "В сложносочиненных предложениях придаточных бывает несколько, при этом запятая не ставится! Послушайте Паустовского: "Я не могу спать, когда идет дождь и шумят за окном бедные мои сосны". Во мне, побывавшем к тому времени и в Тарусе, и в Поленове, узнавшем красоту природы центральной России, эти слова звучали резонансом.
    То было время столетних юбилеев. 68-й год - юбилей Горького, 69 - Крупской, 70 - Ленина… Мы писали сочинения, выступали с рефератами. Мой назывался "Душа Наркомпроса". Василий Павлович реально делал то, что годы спустя стали называть научной работой учащихся.
    Еще яркое воспоминание. Пединститут отмечал юбилей профессора литературы Иосифа Марковича Машбиц-Верова. У многих моих товарищей (ах, как доступны тогда были книги!) его монография "Поэмы Маяковского", изданная в Куйбышеве. И вот мы шестеро одноклассников со своим учителем в актовом зале на М.Горького. Торжественное заседание. Диссонансом режут слух слова ученого о тех годах, когда он занимался тяжелым физическим трудом. Потом узнаем - на лесоповале… Кто-то из выступаших вспоминает время, когда всю русскую литературу в Куйбышеве представляли Финк, Финкель, Финкельштейн…
    В стихотворном монтаже у меня четыре строки:

    "И мы благодарны,
    Что Машбиц родной
    Поэзию сделал
    Нам доброй сестрой!"


    Тогда мы выступали от лица филологической школы.
    Знаменитая Филологическая школа при городском Дворце пионеров - главное деяние Василия Павловича. Уже на одном из первых уроков он рассказал нам о ней и потом всякий раз заканчивал занятия неизменным приглашением: "Вечером жду вас у себя во Дворце!". Как царственно это звучало!
    Каждый понедельник, в 19 часов, в актовом зале дворца проходили для школьников всего города лекции филологов литературных кафедр пединститута. Были профессора В.А.Бочкарев, Я.А.Роткович, здесь мы воочию наблюдали, как Машбиц-Веров вылезал из пиджака…
    Иногда ленились, пропускали, и в очередной раз В.П., взяв под руку в школьном коридоре, терпеливо повторял: "А сегодня уж приходите обязательно, будет интересно - Маша Порываева стихи будет читать, у Юры Орлицкого есть кое-что новенькое, Сережа Голубков придет…" (Ю.Орлицкий и С.Голубков ныне профессора, доктора филологии).
    Сейчас, много лет спустя, время от времени возрождается нечто подобное филологической школе Василия Павловича. Пример - воскресно-заочная математическая школа (ВЗМШ) при мехмате нашего университета. И всякий раз память о той филологической школе питает мою работу с нынешними школьниками.
    В.П. много рассказывал о театре. В вестибюле двенадцатой постоянно висели афиши нашего театра Монастырского.
    Он был добрым человеком, не жалел для людей своего времени и сил. Он не был классным руководителем и мог бы не приходить на родительские собрания, но он на них был, и его знали родители всех учеников.
    А ругал он так. Когда кто-то нес откровенную ерунду, он говорил: "Вы посмотрите, послушайте - прямо-таки золото!" - И через секунду другим тоном: "Самоварное..." И, идя домой, школяр-неудачник сокрушался: "Эх, опять Филькинштейн тройку поставил!.." В.П. любил свою работу. Как-то между прочим сообщил: "Мой сын тоже преподает литературу в школе, и говорят, лучше меня. Это меня устраивает".
    И это было самой лучшей профориентацией. Как это все не похоже на наше сегодняшнее настоящее, когда учителя бегут кто в налоговую инспекцию, кто в пожарную охрану, кто сторожем на нефтяную вышку…
    Думая о Василии Павловиче, порой мечтаю, чтоб обо мне мои ученики думали хоть чуточку похоже на то, как я о своем учителе.

    "Да разве ж сердце позабудет
    Того, кто хочет нам добра,
    Того, кто нас выводит в люди,
    Кто нас выводит в мастера!.."
   

СЕРГЕЙ ДВОРЯНИНОВ,
доцент кафедры
дифференциальных уравнений


на главную ...
Редакция газеты "Самарский университет" бесплатно принимает от своих читателей рекламные объявления частного характера любого содержания.
Мы будем рады безвозмездно помочь Вам, если Вы обратитесь к нам по тел. 34-08-80 (редакция газеты), либо посетите нас по адресу: ул. Академика Павлова, 1. Физический корпус, 209 комната.
Не смущайтесь! Приходите, мы Вас ждем. За объявления Вам, действительно, не придется платить.





Газета Самарский Университет

Copyright © 2002 - 2003 Газета "Самарский Университет"