С праздником весны!
Размышления о мамах
Башни и мосты Н.Г.Рымаря
Inozitol Art & Design
Два героя одного рассказа
Японская чайная церемония
Ангел мой, живи
Мысли молодого человека
Прогулки по воде
Стихи
КВН поздравляет
Не забывайте про музыку
Библиотека
Замещение должностей
Поздравления с ...

Allgames.org
Бизнес-клуб
Замещение должностей


Главный редактор

Редколегия

Inozitol Design Studio

Реквизиты

номера 2000 год
номера 2001 год
номера 2002 год
на главную ...
ЯПОНСКАЯ ЧАЙНАЯ ЦЕРЕМОНИЯ
   ОН не часто приезжал в этот Город. По правде говоря, он мог бы и совсем здесь не появляться. С той работой, которая связывала его с этим Городом, уже давно справлялись его коллеги, но ОН сам отправлялся в этот Город…
    Бывало это и промозглой осенью, когда поздно светало и рано темнело и лил дождь. Бывало и зимой, когда лишь на несколько часов все было залито солнцем, бьющим от снега золотом и синью по глазам, и стояла звенящая стужа.
    Когда же работа заканчивалась, на станцию он не спешил. Всякий раз он оставался в Городе на час или чуть больше. И именно эти несколько десятков минут были для него главными в каждой поездке. ОН проходил совсем немного по бульвару до остановки и оставался там, словно собирался куда-то ехать. Он даже вглядывался в номера подходивших троллейбусов. Но ни в один из них ОН никогда не садился. Один экипаж, второй, пятый,… вот уже и номера маршрутов повторяются. Но ему некуда ехать, да и не надо. Для всех спешащих мимо людей - ОН ждет свой номер. Обычный человек в толпе. Но ОН не слышит шума улицы. ОН даже не замечает улицы. ОН ждет того мига, когда увидит Ее.
    …ОНА всегда возникала внезапно, прямо рядом с ним. Ему никогда не удавалось увидеть Ее издалека, заранее. ОНА появлялась, моментально, вдруг, но - только для Него. Больше Ее никто никогда не видел. Но при этом то место в пространстве, которое ОНА занимала, оставалось свободным, его все обходили. Эта пустая часть пространства как-то меняла все вокруг: деревья становились меньше, дома - новее. Автомобили оказывались в стиле ретро, и девушки были одеты по моде конца прошлого века. Ближайший небоскреб исчезал вовсе. - Странное место, удивительные превращения. Но ЕГО они не удивляли. ОН сам творил эти превращения.
    Бульвар яркий и шумный. Магазины, кафе, опять магазины, реклама, людской поток. ОН вливался в этот поток. Но опять странное дело, мистика какая-то, которую каждый мог обнаружить, будь он чуть-чуть внимательнее. Он двигался в этом потоке, но часть пространства справа от него, пустая часть, все время такой пустой и оставалась! В кафе Он всегда устраивался в глубине зала, у колонны, за одним и тем же столиком. Ни есть, ни пить ему не хотелось. И заказывал Он совсем немного, но всегда две чашки чая.
    …Когда-то, очень давно, один японский концерн для приехавших иностранных компаньонов устроил вечер. Небольшой зал был украшен цветами, вазами с изображениями драконов, на развернутых свитках шелком были вышиты фантастические пейзажи с водопадами, пагодами с загнутыми краями крыш, с дорогами, которые горными ущельями уходили в облака. Долины были покрыты травами и цветами, аромат которых из-за ярких красок, казалось, разливался по залу. Горели разноцветные фонарики и тихо звенела музыка, порой она становилась неслышимой, но и тогда мелодия каким-то волшебным образом угадывалась.
    В центре располагалась небольшая закрытая беседка. Прямо из воздуха соткалась фигура. Чужеземная речь завораживала и словно убаюкивала. Говорившая, а это была женщина, держала в руке миниатюрную чашечку. Над ней клубился пар. Медленно и заунывно лилась речь, медленно поднималось от жидкости облачко пара. В такт своим словам женщина возносила чашку вверх, отводила в сторону, брала ее обеими руками, склонялась над ней, снова поднимала вверх… Некоторым из сидевших в зале стало казаться, что их гипнотизируют. В какие-то мгновения японка опускала руки, сама склонялась вниз, а чашка недвижимо висела в воздухе. Можно было бы удивиться тому, что пара из чашки сейчас поднимается столько же, сколько и в самом начале этой чайной церемонии, словно она совершенно не остывала…
    Переводчик в европейском костюме с каким-то кукольным акцентом объяснил, что все теперь посвящены в великую тайну древности и что каждый приобрел способность изменять пространство и время, и что все это исходит от этой церемонии и от чая, который сейчас будет предложен каждому. Началась новая мелодия, из беседки одна за другой начали появляться девушки в ярких кимоно. Они шли, не поднимая глаз, у каждой -в руке чашка. Рисунок на чашечке повторял тот же иероглиф, который был изображен на беседке. В другой руке - маленькое блюдечко с двумя печеньями и палочка. Девушки не подходили, а подплывали, по очереди с поклоном предлагая каждому свое угощенье. Зеленый непрозрачный чай казался очень густым. Цвет был яркий, казалось, чай флуоресцирует. Если бы не этот ядовито-зеленый цвет, то поверхность его можно было бы сравнить с ночным небом, в котором мерцают и вспыхивают звезды.
    Он, как и все, получил свою чашечку. С трепетом, волнением и одновременно спокойно он выпил эту чашу. В руке осталась палочка с непонятными иероглифами. Девушки чередой продолжали движение, но теперь они возвращались, забирали чашки и скрывались за беседкой. Церемония завершалась…
   
…Многие детали Он забыл, но память хранила яркие краски кимоно, плавное, изящное движение, грациозные поклоны и вкус чая. Где-то глубоко в подсознании присутствовало и нечто другое, о чем Он и рассказать-то не мог.
    …В кафе на странном бульваре творилась своя чайная церемония. Чашки ОН ставил так, словно за столом было двое. Пространство за столиком напротив было пустым. Но - опять мистика и странность! - через эту пустоту ничего не было видно. Каждый мог бы убедиться в этом. Но все были заняты своим мороженым, музыка отвлекала, и можно точно сказать, что никто эту необычность не замечал. А изменения были! Две огромные пальмы в углу превращались в маленькие саженцы, с мраморных столиков исчезали царапины. Но всем всегда что-то не позволяло уловить эти метаморфозы.
    Много ли надо времени, чтобы выпить одну чашечку чая? Столько, пожалуй, сколько звучат три-четыре мелодии прошлых лет, не больше… Почему-то в этот миг всегда звучали именно такие.
    Но вот выпит последний глоток. От чашечки напротив растворился в воздухе последний завиток дурманящего и ароматного водяного пара. Все кончилось, исчезли все превращения, и ОН спешит на станцию. Вторая чашечка чая напротив остается не тронутой. Это для японских Богов - покровителей чайной церемонии. ОН немного боится их. Все чужие, незнакомые. Какой у них нрав? Иногда Боги требуют жертвоприношений. ОН страшится их обидеть.
    Он навсегда, крепко-накрепко запомнил, как в одну из своих поездок в этот город, ОН, выйдя из кафе, вдруг решил поехать домой следующим рейсом и снова, во второй раз за день отправился на свою остановку. ОН ждал как всегда, но ОНА не появилась, хотя он простоял дотемна. Ему стало жутко. ОН дал себе слово никогда больше не повторять таких опытов. Разве можно лишний раз беспокоить Богов?
    Лишь после того, как в следующий приезд в Город, все магическим образом повторилось, ОН успокоился. Но всякий раз, когда он вспоминал об этом, у Него замирало сердце.
    …То межсезонье выдалось каким-то особенно рваным: снег, дождь, ветер. Немного нездоровилось. В своем кафе за своим столиком он творил свою церемонию. Чайный аромат согревал больное горло, и становилось легче. Подобно радиопомехам в эфире, пространство перед ним, кресло, стоявшее напротив, как сполохи пересекали яркие пятна кимоно, руки японки, державшие крошечную чашечку с каллиграфически написанными на ней иероглифами. Но они не могли заслонить ЕЕ, бывшую в это миг совсем рядом.
    Он не понимал, не отдавал себе отчета в том, почему он вдруг выпил вторую чашку этого вкусного, густого чая, которая стояла напротив… На следующий день он был абсолютно здоров.
    … После Рождества ОН снова был в Городе. Вечером, в свой час, строгий и сосредоточенный, как дирижер, готовый творить музыку, ОН снова оказался на своем бульваре. Со станции умчался в наступающие сумерки его поезд. ОНА не появлялась. Мимо проносились троллейбусы. Казалось, что стрелки часов крутятся с какой-то невиданной скоростью. Уже совсем темно, на остановке никого. ОН ждет. От ветра он замерз, уже давно устал, но не уходил. ЕЕ не было. Он с ужасающей скоростью крутил головой, стараясь взглядом охватить окружающее пространство. Перед его глазами снежинки, несущиеся к земле, превращались в чашечки с иероглифами. Чашечки сталкивались в хаосе, каждое столкновение сопровождалось странной музыкой, просто звуком, который нельзя было ни с чем сравнить, и нельзя было выразить никакой нотой… Чашечки, сталкиваясь, начали разбиваться, и вся земля кругом стала казаться усыпанной фарфоровыми блестками. Посуда бьется к счастью, так однажды утешали его в детстве. А ОНА все не появлялась. Ему стало страшно. Вдруг эта примета в этой Японии не действует? ОН присел на ледяную скамейку, чего раньше никогда не делал.
    Со скамейки он никогда больше не поднялся. У него разорвалось сердце.
СЕРГЕЙ ДВОРЯНИНОВ



С ДНЕМ
   8
 МАРТА!


Максим Проталлин

  Восьмое утро марта - из таких
   Приятных дней в году,
   Когда имеешь право
   Сказать всё, что не думаешь о вас,
прекрасных дамах -
   В привычной суете мелькающих событий ...
Редакция газеты "Самарский университет" бесплатно принимает от своих читателей рекламные объявления частного характера любого содержания.
Мы будем рады безвозмездно помочь Вам, если Вы обратитесь к нам по тел. 34-08-80 (редакция газеты), либо посетите нас по адресу: ул. Академика Павлова, 1. Физический корпус, 209 комната.
Не смущайтесь! Приходите, мы Вас ждем. За объявления Вам, действительно, не придется платить.





Газета Самарский Университет

материалы: Самарский Университет © 2002
разработка: INOZITOL DESIGN STUDIO (Dreamman) - Studio Inozitol © 2002